Art Of War©
История афганских войн

[Регистрация] [Видеоматериалы] [Рубрики] [Жанры] [Авторы] [Новости] [Книги] [Форум]

Скрипник Сергей Васильевич

Память и забвение


© Copyright   Скрипник Сергей Васильевич  (scripa1313@mail.ru)
Добавлено: 2009/04/11
Стихи Афганистан -1979-1992
Годы событий: 2009
Аннотация:
Поэзия - высшее проявление литературного творчества либо молнией поражает человека еще в отрочестве, оставляя в душе счастливого обладателя этого дара неизгладимый след на всю жизнь, либо настигает его тем же стремительным росчерком уже на излете лет. Со мной приключилось второе. Сегодня мне пятьдесят, я рад, что мыслю безупречной, неподсудной формой стиха, чаще в рифмы, хотя случаются и верлибры, очень надеюсь, что кто-то из моих боевых афганских побратимов сможет создать для моих поэтических опытов музыку, и вновь считаю себя молодым, хотя уже почти вдвое старше "гениального поручика" Лермонтова.

Обсуждение произведений

***
Я слишком поздно взялся за перо
В том состоянии, когда уж гонят годы
К столу с бумагой, и в душе серо
И пасмурно, и знать дают невзгоды,

Нет-нет, да и напомнят о себе,
Покоя не дают былые раны.
Ведь возраст мой, он - поворот в судьбе,
Когда слова легки, сужденья странны.

Пусть будет так, коль это мне дано,
Ничьих чужих заветов не нарушу,
Поэзия жила в душе давно,
Но выплеснулась лишь сейчас наружу.

Сижу, корплю, знать, не растрачен пыл,
Перо скрипит, своим желаньям внял я,
Пусть был не первый, кто так поступил,
Его к штыку сегодня приравнял я.

Пусть не пришлось всё в жизни раз на раз,
Соединили горы наши души:
Ему достался ветреный Кавказ,
А мне седые пики Гиндукуша.

С самим собой я согласился в том
И доказал себе из сил последних:
Я - не потомок, явленный потом,
И не последыш вовсе, но наследник,

В воде свой брод нашедший и в огне,
Клонюсь к закату, я к нему на марше.
Поручик Лермонтов проснулся вдруг во мне,
Хоть я его примерно вдвое старше.
10.04.09

***
Что сгинет здесь, а что уйдёт со мной,
Как рваная тревожить будет рана? -
Так думал я, когда спешил домой
Последнею дорогою Афгана.

Я, прикипев душою к тем местам,
Вернулся не пустой - с солидным кушем.
Дыхание пустыни Регистан,
Звезды хрустальной свет над Гиндукушем

И воздух гор, что наполнял меня,
Теснил мне грудь, застряв, как ком, в трахее:
Их не забыть мне, в памяти храня,
Они - мои военные трофеи.

И с ними осязаемой втройне
И боль, и милосердие, и братство -
Мои воспоминанья о войне,
И ни к чему иное мне богатство.

Одно из них мой сохранил планшет,
Из истинных, что хватит на века мне,
В нём я нашёл засохший первоцвет
Чужбины горькой, сорван мной у камня -

Зловещ тот, как могильная плита,
Из-под него на свет цветок пробился,
И щедро русской кровью полита
Была земля вокруг, а я укрылся

За ним в бою, сжимая автомат,
Взглядом в прицел средь диких скал блуждая...
Теперь, вдыхая терпкий аромат,
В себе о днях тех память пробуждаю...
10.04.09

***
Раскурен утра горного кальян,
И эхо вторит голосом гнусавым.
На склоне этом умирал Колян
От ран, и был ему туман, что саван.

Был наш бросок, как острой сабли взмах,
И скоротечна схватка у ложбины.
Навек застекленел в его глазах,
Ввысь устремивших взор, рассвет чужбины.

У мамы с папой поздний он, один,
Надежда и опора в жизни, значит,
Пусть Новгород Великий Господин
Его навзрыд, как водится, оплачет.

А рядом с ним плашмя упал Юрок,
Меня закрыв собой в бою смертельном,
Отныне не споет ему вьюрок
На Брянщине... На крестике нательном

Застыли капли крови, и теперь
Один из трёх друзей в живых остался.
Смирюсь ли я с потерей из потерь
Когда-то? Вряд ли. В сердце оборвался

Тот нерв, что был натянут, как струна,
И душу жжёт вопрос, как жар пустыни:
Как долго будешь класть сынов, страна,
За чуждые идеи и святыни,

Которым, ты ведь знаешь, все равно,
Что льём мы кровь, и много в ней ли прока,
Коль красным не становится оно -
Знамя зелёное исламского пророка?

Но день пройдёт, и растерзает ночь -
Ханжам он не доступен и кликушам -
Вселенский плач, что ветер гонит прочь
Над сонным, безразличным Гиндукушем.
10.04.09

Снега Гиндукуша

Я вспоминаю вечные снега
Вершин далёких, грезящих о лете,
Те, что сметала в горные стога
Жестокая метель тысячелетий.

Горечь потерь я здесь познал, мой друг,
В афганском пекле, что страшнее ада,
Но вопреки реальности вокруг
Снега казались слаще рафинада.

Признаюсь, срок хранения истёк
Той тайны, так бывало не однажды,
Когда, испив последний свой глоток,
Среди песков я умирал от жажды.

И вот тогда в мечтах без берегов
Я почитал за божий дар, за благо,
Слегка коснувшись холода снегов,
Почувствовать губами эту влагу.

И, часто глядя на себя извне,
Всё силился понять: зачем? на кой мне? -
Их удивляться чистой белизне
На фоне буйных красок дикой бойни.

Палитра ирреальной той войны
Смешала всё - да разве знать могли мы? -
Рыжий огонь и чёрный дым вины,
Кровь на земле с оттенком жёлтой глины,

И вдруг - снега! ну, с чем, мой друг, сравнить
Мне их ещё - приснится же такое! -
Готов забыть их, памяти рвя нить,
Лишающей рассудка и покоя,

Да не могу - без них бы я зачах
И буду помнить, как тогда (доколе!)
Мне мнились горы старцами в чалмах
Под сводом всей в прорехах звёзд паколи.*
---------
*Паколь - афганский национальный головной убор.
10.04.09




счетчик посещений contador de visitas sexsearchcom
 
 
sexads счетчик посетителей Культура sites
© ArtOfWar, 2007 Все права защищены.