Art Of War©
История афганских войн

[Регистрация] [Видеоматериалы] [Рубрики] [Жанры] [Авторы] [Новости] [Книги] [Форум]

afgan  

ПАМЯТИ СЫНА (ГЛАВА ВТОРАЯ )


© Copyright   afgan    (greshnoff@mail.ru)
Добавлено: 2013/02/12
Память Парван
Годы событий: 1981
Обсуждение произведений



Николай Адамов




СЛОВО О СЫНЕ ( ГЛАВА ВТОРАЯ )





...Нам о гибели Игоря сообщили на четвертые сутки. В 10 Главном Управлении Генштаба меня ознакомили с телеграммой Зотова (10 ГУ ГШ) на имя Ахромеева (ГШ ВС), в которой сообщалось о гибели 17 августа 1981 года в составе 203 батальона «спецназ» в районе Калаи-Нау при исполнении служебных обязанностей переводчика персидского языка Адамова Игоря Николаевича, указывались льготы для родителей и расходы на похороны.
Позже Черемушкинским РВК г.Москвы на основании сообщения войсковой части №44708 нам было выдано официальное извещение о гибели Игоря - «погиб смертью храбрых в Афганистане при выполнении интернационального долга», и выдано денежное пособие в сумме 500 рублей (по 250 рублей каждому).
Организация похорон Игоря была возложена на Черемушкинский РВК. Однако по нашему настоянию после официальной церемонии прощания 24 августа в траурном зале госпиталя им.Бурденко гроб с телом сына военным самолетом 25 августа был доставлен в г. Минск («Мачулищи»), и в тот же день Игорь был похоронен на Северном кладбище.
На наше обращение прокуратура ТуркВо ответила, что Игорь входил в бюро переводчиков, откуда (как и другие переводчики) по соответствующим распоряжениям полномочных должностных лиц направлялся на работу в части. Прокуратура сослалась на патриотическую настроенность сына и подтвердила гибель его в боевой операции против контрреволюционных банд смертью храбрых не усмотрев (в то доперестроечное время ) нарушений закона в факте направления его на боевую операцию.
Не прояснили ситуацию и обращения в другие, более высокие инстанции. Трафаретные, шаблонные ответы, в основе которых четкое стремление «обелить», выгородить виновников трагедии из числа военных должностных лиц.
На отвечали:
 В аппарате Главного Военного Советника не было нормативных докумнтов, регулирующих работу переводчиков из числа студентов.
(А Конституция СССР? А законы, регулирующие военную службу? Кто попрал все это и распорядился направить в боевую операцию гражданского юношу, не связанного статусом военнослужащего, не принимавшего в силу этого военной присяги? Кто отвел от этой операции тех двух штатных офицеров-переводчиков из 203 батальона «спецназ» (переводчика советника командира батальона и переводчика советника замполита)?
 Там, где военные советники, там и переводчики, иначе у нас не принято...
(Но переводчики – военные. И они в 203 батальоне «спецназ» были. Почему же «чести» уйти с батальоном на верную гибель бал удостоен студент?)
 Он не воевал, он обеспечивал переводом военных советников, хотя в целях самообороны имел и оружие...
(В бою, где все трое (советник, переводчик и радист) находились в равных условиях) и все трое погибли, такое утверждение рассчитано явно на дураков: что значит перевод в бою без участия в нем (при наличии оружия для самообороны)?
 Он сам (из патриотических побуждений) просился в боевую операцию...
(Но во-первых, нет никаких доказательств этих просьб. Во-вторых, если бы и просился, то кто, не преследуя корыстных целей, рискнул бы нарушить закон?
Вопросы, масса вопросов без ответа. Скорее всего, истину мы так никогда и не узнаем. Не исключено, что в попытке уйти от разбирательства обстоятельств гибели Игоря, от возбуждения уголовного дела по этому факту кроется обычное стремление чиновников скрыть сам неприглядный факт неготовности военного ведомства к решению военных задач на возникшем ТВД, отсутствие достаточного количества военных переводчиков требуемого иностранного языка, когда приходилось в конкретной ситуации «затыкать дыры» студенческой молодежью, в значительной степени одурманенной идеологической фразеологией и припугнутой последствиями за непослушание командирам... Армия политработников свой хлеб отрабатывала.
Каким был Игорь? Коротко сказать о нем трудно. Он заслуживает большего, чем короткий рассказ. В свои 19 лет многое успел. Он был личностью. С ним считались, его замечали. Выделялся светлым умом, образованностью, доброй улыбкой. Рассказывают, что если перед отъездом в Афганистан кто-то заходил в ИСАА за советом, ему рекомендовали обязательно разыскать в Кабуле Игоря: он отлично знает страну и язык и даст советы на месте. Подчеркивалось, что это очень талантливый юноша, он обязательно должен окончить аспирантуру. (В Афганистане Игорь продолжал собирать материал по проблеме афганско-пакистанских отношений).
Он был единственным сыном, единственным ребенком в семье. Своей семьи из-за юного возраста еще не создал. Жил все время вместе с родителями, вдали от родственников, от двух (тогда еще живых) бабушек. Дедушек он уже не застал в этом мире.
Баловать его было некому и некогда. Он рано это понял и старался вести себя так, чтобы не доставлять родителям лишних хлопот. Видел, как нелегко без поддержки и родителям достается жизнь. Поэтому и вырос он замечательным парнем, добрым, умным, неизбалованным.
Неудивительно, что в мандатной комиссии в Главном Управлении кадров Министерства обороны СССР генерал спросил: один в семье? Значит, эгоист: все мое, игрушки и все остальное? Игорек возмущался: генерал, а так примитивно мыслит.
Игорь имел право так заявить, потому что воспитание у него было спартанским. Ему было омерзительно и противно состояние духа и тела «маменькиных сынков». Он шел по жизни бессребреником, трудягой. Рос без права на каприз. Был совершенно равнодушен к материальному. Каких трудов стоило уговорить его, например, купить костюм, обувь и т.д. Никому и ни в чем не завидовал. Никогда об этом от него не слышали. Обходился минимумом. Был неприхотлив во всем. Стоило спросить: как дела, сынок? Отвечал в любой ситуации: нормально, жить можно. Не хныкал, не конючил. Не терпел позерства. Может, поэтому не любил фотографироваться, записываться на магнитофонную ленту. Был честным и скромным, далеким от развязности, от бесцельного скитания по друзьям-товарищам, от легкого времяпровождения.
Да у него и времени на развлечения не было. С четырех-пяти лет, как только освоил чтение, не расставался с книгой. А широта интересов была необыкновенной. В его короткой жизни главным делом была учеба, тяга к самосовершенствованию, к развитию.
С учебой у Игоря проблем не было ни в школе, ни в институте. Будучи необычайно одаренным от природы, он еще много трудился. В 9-ом классе ученики как-то заподозрили, не пользуется ли Игорь миникомпьютером – только учитель назовет условие задачи, Игорь уже тянет руку с ответом – и на перемене в его отсутствие проверили стол и портфель. Обедившись в отсутствии компьютера, говорили дома родителям, что у них появился вундеркинд. Жажда познания была его отличительной чертой. Всем книгам предпочитал первоисточники, словари, справочники. Любил работать с Большой Советской Энциклопедией, подаренной ему нами. В Афганистане сделал самодельные словарики: словарь афганских пословиц и словарь военных терминов (на дари), т.к. таких словарей к тому времени у нас не издавалось.
Перед отъездом в Афганистан, когда выпадали свободные часы в учебном процессе, Игорь взялся за конспектирование «материализма и эмпириокритицизма» Ленина, которая ему должна была понадобиться только в будущем. Он просто не мог расслабиться, не мог праздно проводить время. Желая помочь сыну, дать передышку его мозгу, я предложил свой конспект этой работы, сделанный в период моей учебы. Игорь внимательно ознакомился с ним и заявил: не папа, этот меня не устраивает. Я сделаю свой – и взялся за первоисточник (Полное собрание сочинений Ленина в семье имелось).
Игорь работал везде, даже в метро по дороге в институт. Какая-то женщина, рассказывал Игорь, однажды, увидев персидскую вязь в тетради Игоря, наклонилась и шепотом спросила: мальчик, ты не татарин? Моя мать так же пишет?
Игорь – белорус, ставший востоковедом, овладевший не только английским языком, но и дари (персидским), его сложной вязью, глубиной этого древнего восточного языка. Он любил предмет своего изучения. Был подлинным интернационалистом. И еще до отъезда в Афганистан, так как прожил свою жизнь в Москве и его родным языком был русский, любил Москву. Но не меньше любил и Белоруссию, где родился.
Был беспредельно честным, порядочным. В дни Олимпиады, работая в гостинице «Москва», Игорь однажды помог иностранке из Шри-Ланки поднести с лифта до номера чемодан. Она пыталась отблагодарить его и сунула в руки большую коробку жевательной резинки. Игорь извинился («не стоит благодарности») и вернул сувенир иностранке, чем та была удивлена.
Стипендию приносил домой до копейки, вручал матери или выкладывал на туалетный столик, если ее не было дома. Видел, как это делают родители, и поступал так же.
Рассказывают, что и в Афганистане, если побывал у кого-то в гостях, тут же приглашал к себе с ответным визитом. Не мог оставаться должником. Из жизни ушел, никого не обидев, никому не задолжав.
Был очень музыкален. Окончил пять классов музыкальной школы по классу скрипки (музыкальная школа №28, Перовский район г. Москвы). Прекрасно играл на гитаре и пел. Исполнял песни на английском языке. Перевел для себя на персидский язык и пел известную песню «Дорогой длинною…»
Перед отъездом в Афганистан, по просьбе отца, записал несколько песен на магнитофон, в которых поется:

…Собирайтесь как гости ко мне на угощенье
Говорите мне прямо в глаза, кем перед вами слыву…
(Б.Окуджава)
…Без звезд зеленые погоны,
Идут с солдатом наравне,
Ведут чужие батальоны
В чужой войне, в чужой стране.

Хоть нет причины для кручины,
Кому охота умирать?
Держись, браток, ведь мы мужчины,
Не нам скулить, не нам стонать.

И как в Испании когда-то,
Мы здесь важны, мы здесь нужны.
Мы – неизвестные солдаты
На дальних подступах страны.
(Из песен советских интернационалистов в АРЕ)

Любил песни из кинофильма «Земля Санникова», особенно вот эту:
Призрачно все в этом мире бушующем,
Есть только миг, за него и держись.
Есть только миг между прошлым и будущим,
Именно он называется жизнь.

Вечный покой сердце вряд ли обрадует,
Вечный покой – для седых пирамид,
А для звезды, что сорвалась и падает,
Есть только миг, ослепительный миг.


Учился ли он на этих песнях? Возможно, да. Но, скорее всего, он выбирал песни, созвучные себе, своему складу души, своему пониманию жизни.
Из этих песен виден он сам. Именно таким он был: не скулил, не стонал. Мог открыто смотреть людям в глаза. Всегда был легок на подъем, когда речь шла о помощи кому-то. Не только родители, но и чужие люди ( в институте, в Афганистане) называли Игоря за добрый характер, улыбку – «Солнышко». Тактичный был, вежливый.
Сорвавшейся звездой мигом пронесся он по небосклону жизни.
Когда уже стало известно о направлении студентов по линии Министерства обороны в Афганистан, Игорь вместе с однокурсником написали песню о студенте-афганисте, погибшем в командировке. Первоначально она исполнялась как шуточная. Потом была подправлена на серьезную. Вот она:

Последний желтый лист,
Кружась, упал в бахчу,
Зачем я афганист?
Я жить еще хочу.

А утром на заре
Отыщут труп ничей.
И вдаль уйдет отряд
Афганских басмачей

С учебником дари
На сердце пули след.
Во цвете юных лет
Погиб востоковед.

Погиб востоковед
Во цвете юных лет.
На Кафедре в углу
Повесят наш портрет.

Заплачет деканат,
И издадут приказ:
Навечно занести
В студентов списки Вас.

И афганист другой
Придет и встанет в строй
С учебником дари,
С винтовкой за спиной.





ПОРТРЕТ ИГОРЯ - ВТОРОЙ СПРАВА

К несчастью, песня оказалась как бы списанной с будущих реальных обстоятельств гибели Игоря.
Два первых куплета этой песни в исполнении Игоря вошли в документальный фильм «Семидесятилетие БССР», созданный киностудией «Беларусьфильм» в 1989 г. (режиссер – Ю.Н.Цветков).

Петь начал рано («Орленок» в Карачи). Студенты в стройотряде просили: ты нам пой, а мы за тебя поработаем. Говорили нам, что очень хорошо пел в Афганистане. Гитару Игоря вернули нам как память.
Добрым был. Незлобивым. Не умел обижаться. Родителей, как нам кажется, просто боготворил. С очень раннего возраста находил, придумывал какие-то знаки внимания к нам. Повзрослел, уже осознанно проявлял заботу и уважение. Где бы ни был (в пионерлагере, на картошке, в стройотряде), часто писал. Получалось – звонил. Возвращался обязательно с сувениром, подарком, хотя мы все время говорили ему о ненужности этого.. То же было, когда он оказался в Афганистане. Писал. Преодолевал большие сложности в Афганистане, но иногда звонил. Передавал через людей подарки. Студенты нам говорили, что они порой удивлялись, куда Игорь тратит свои скромные гроши: не пьет, не курит, на девочек тоже не потратишься (просто потому, что в их коллективе их нет). А тратился Игорь на подарки родителям. Себе же ничего не купил.
Так и звучит в ушах его голосок, когда, бывает, нечаянно заденешь и скажешь: извини, сынок. В ответ: да что ты, папулечка (мамулечка)!
Конечно, мы понимали, что отпускаем сына на войну. Бессильны были изменить положение вещей. Да нам бы этого и Игорь не позволил. Поэтому главным было – доброе напутствие на дорогу беречь себя.
Запомнились три тихих вечера перед отъездом дома. Пили чай при свечах. Тихо говорили. Грустно было, но шутили, бодрились, хорохорились. Хотя, по-видимому, все мысли были о самом главном ( о чем боялись признаться и себе), о неизведанности судьбы, о возможном роковом ее повороте. Перед отъездом сводил нас Игорек в Центральный дом туриста на концерт «От ретро до диско». Побывали мы с ним на экскурсии в Большом Кремлевском Дворце, походили по таким известным Грановитой и другим палатам, Георгиевскому залу, екатерининским комнатам, жилищу Ивана Грозного и т.д. Игорек пошутил: сюда надо приходить шефом. Да, мог быть и шефом, все для этого у него от природы было. Просто, кому-то там не нужно было, чтобы выживали умные.
Это теперь от службы в армии (не говоря уж от войны) отводятся студенты вузов. А еще раньше, с 1984 года в том же МГУ стали освобождать от службы отличников. Но на нашу долю такое счастье не досталось.
К сожалению, в день отъезда поговорить на дорогу не получилось. Игорек пригласил друзей на 14 часов. Рассчитывали, что они побудут пару часов и разойдутся, дадут нам возможность, не торопясь, собраться. Самолет вылетал в 1.45 из «Шереметьево-2». Но веселье затянулось аж до отъезда, до прихода такси.
В аэропорту то же: на Игоря выписаны были проездные ( и багажные) документы на всю группу студентов и еще четырех советников. Поэтому ему пришлось и там бегать, считать, вести переговоры и т.д. Смилостивилась женщина-таможенница, дала возможность поговорить с ним матери на прощание. Так и стоит сын перед глазами, последний раз увиденный живым: светлые пышные волосы, в куртке коричневой, поднятая вверх рука, съезжает вниз по эскалатору – в зал на посадку.
По дороге в аэропорт и обратно была пурга, мягкая метель все залепила. Так и улетел.
В 7 часов утра позвонил, мы думали из Ташкента. Оказалось, самолет из-за неблагоприятных условий посадили во Фрунзе. И Игорек звонил оттуда. Из Ташкента уже не позвонил. В 15 ч.15 мин. Самолет совершил посадку в Кабуле. Пошло время ожидать писем, сплошных тревог… Успокаивал нас в письмах: верьте в мое благоразумие. Не знал ни он, ни мы, что обстоятельства бывают выше благоразумия.
Очень был собранным, организованным. С детства. Со школьных лет.
Стоило нарушить порядок разложенных им вещей, как тут же следовал вопрос: кто трогал скрипку (например).
Когда в девятом классе директор школы с учениками младших классов должен был вылететь на экскурсию в Севастополь, вопроса, кто из старшеклассников ему поможет, не было. Это был Игорь ( и его товарищ).
Незадолго до отъезда в Афганистан Игорь работал по линии ССОД с делегацией ( 2 чел) афганских юристов, возил их в г. Киев. Сам потом рассказывал, что горничная в интуристовской гостинице «Днипро» сказала: какая счастливая мать, имеющая такого сына.
И еще был очень опрятен.
В объяснении одного из тех, кто послал Игоря на боевую операцию, указывалось, что он неоднократно бывал в них, зарекомендовал себя квалифицированным, смелым и высокоорганизованным переводчиком.
Был хорошо развит физически, красиво сложен. Владел каратэ, танцевал легко, по-спортивному современные танцы. Играл в шахматы. Отдыхая от занятий, любил поиграть в хоккей, футбол, прокатиться на велосипеде. Очень любил воду, плавание. Рано научился фотографировать. С собой взял фотоаппарат. Возвратились заснятые им фотопленки – это виды с вертолетов (самолетов). К сожалению, он не объяснит, какие это места, как они связаны с его жизнью. Из дневника известно немного: где, когда и с кем из советников он бывал как переводчик. Записи обрываются 9 августа, то есть за день до ухода в последнюю операцию…

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ


счетчик посещений contador de visitas sexsearchcom
 
 
sexads счетчик посетителей Культура sites
© ArtOfWar, 2007 Все права защищены.