Art Of War©
История афганских войн

[Регистрация] [Видеоматериалы] [Рубрики] [Жанры] [Авторы] [Новости] [Книги] [Форум]

Байков Герман Иосифович

АФГАНИСТАН НА ПЕРЕПУТЬЕ


© Copyright   Байков Герман Иосифович  (greshnoff@mail.ru)
Добавлено: 2019/09/09
История Афганистан -1979-1992
Годы событий: 1991
Обсуждение произведений

Для вестника аналитической информации (ИПК)





АФГАНИСТАН НА ПЕРЕПУТЬЕ




Сейчас в Афганистане нет ни победителей, ни побежденных. Широко разрекламированные сначала весеннее наступление оппозиции, потом – летнее, потом – осеннее, успеха не имели. Шумная попытка захватить Гардез и менее шумные атаки на Джелалабад и Калат были отбиты правительственными войсками. В отместку за сдачу Хоста, захват которого имел не столько военное, сколько пропагандистское значение, Кабул провел в апреле 1991 года операцию в провинции Логар, отбив у противника ряд районов, в том числе ущелье Вагджан, которое являлось одной из баз для диверсий против Кабула с южного направления. И, несмотря на то, что в этом году с наступлением холодов оппозиция не отвела часть своих вооруженных отрядов «на зимние квартиры» в Пакистан, как это делалось обычно раньше, и, более того, по некоторым данным наращивает их численность, желая захватить как можно больше территории под свой контроль в свете намечающихся сдвигов в плане мирного решения афганского вопроса, боевые действия приобрели позиционный характер.

Нравится это кому-то или нет, но режим Наджибуллы доказал способность защитить себя. А сделать это в условиях Афганистана совсем не просто: воровство, взяточничество и коррупция всегда были отличительной чертой этой страны, которая мало что производит, но в которой люди никогда не умирали от голода, несмотря на низкую заработную плату и непрерывно растущие цены. В этом смысле Афганистан является своеобразным феноменом, формируя свою экономику главным образом за счет торговли, перепродажи самых разнообразных товаров и, в какой-то мере, возможно за счет контрабанды. Хотя в Афганистане нет контор по сбору вторсырья, здесь не найдешь валяющихся на дороге обрывков бумаги или обломков досок – все что горит можно продать. Поэтому на улицах афганских городов нередко можно встретить ребятишек с мешками, которые собирают весь горючий хлам. По этой же причине не валяются здесь банки и тряпки. Старые автомобильные баллоны, из которых проволока уже торчит, тоже имеют свою цену. Они идут на колеса ручных грузовых телег, на которых порой что-то перевезти обходится дешевле, чем на автомобиле.

Но продается не только то, что выбрасывается. Так недавно, из учебного кабульского полка пропало 2 тысячи солдатских одеял. В ночь с 28 на 29 октября контрольный пост в районе Поле-Чархи ( примерно в 2,5 км от Кабула) задержал грузовик с двойным дном кузова, который вывозил из города 240 тысяч патронов. А двумя днями позже была перехвачена автомашина, которая вывозила из Кабула 103 единицы стрелкового оружия (57 автоматов «Калашникова» советского производства, 31 автомат китайского производства, 3 пулемета, винтовки, пистолеты). Как заявил недавно корреспонденту ВВС министр гражданской авиации РА Вазир Сафи, высокопоставленные чиновники правительства наживаются непосредственно на взятках и контрабанде.

Все это правда и все это есть.

Удивительно другое, уголовных преступлений, таких как грабежи, убийства с целью ограбления, обворовывания квартир, воровство карманников, хулиганские действия, драки в Кабуле, например, значительно меньше, чем в Москве, даже, если считать их пропорционально количеству населения. А это значит, что власти все же держат в целом ситуацию под контролем практически во всех жизненно-важных центрах страны. И в этом тоже своеобразный афганский феномен, который, похоже, заключается в невидимых глазу клановых, родоплеменных связях, которые значительно сильнее партийных обязанностей, независимо от того, какую партию человек представляет. «Я спокойно, без всякой охраны езжу туда, куда мне нужно. И никто меня не трогает пальцем, потому что за моей спиной стоит племя», - говорил мне на днях начальник Академии МВД РА генерал Хабиби. Если закрыть глаза и заткнуть уши, то временами складывается такое впечатление, что в какие-то сложные моменты и война идет до определенного предела, обозначенного какими-то скрытыми силами.

Однако война продолжается, афганский вопрос остается, страна, не без участия Советского Союза, раздроблена и самостоятельно вряд ли сможет решить свои проблемы. Не раз и не два на разных уровнях и в разных странах заявлялось, что афганский вопрос должны решать сами афганцы: слишком много стран участвовало в разжигании этого конфликта, который тянется вот уже более 13 лет.

Предложений по решению афганского вопроса до сегодняшнего дня было высказано предостаточно. Их, может быть, хватило бы на решение двух подобных конфликтов. Если суммировать, то суть их сводится к следующему: прекращение огня, переговоры, создание переходного механизма или переходного правительства, проведение выборов под международным контролем, формирование нормального правительства. Мешает же воплощению этих планов в жизнь одно – на Востоке вообще, а в Афганистане в особенности, есть такая тенденция: «Сколько людей, столько мнений». Поэтому усадить за стол переговоров представителей такого количества политических партий, группировок, которые учитывали бы к тому же интересы кланов, племен и национальностей, дело в высшей степени трудное.

На сегодняшний день в стране сложилось пять более или менее организованных политических сил, от общего согласия которых зависит установление мира в стране. Это лидеры оппозиционных партий «семерки» (С.Моджадедди, С.А. Гилани и М.Н. Мухаммади), лидеры непримиримой части оппозиции, той же «пешаварской семерки» (Г, Хекматиар, М.Ю. Халес и А.Р. Сайяф). Центристскую позицию занял Б. Раббани, тяготея, впрочем, больше к непримиримым, чем к умеренным), глава «иранских» оппозиционных группировок Р. Мортазави, совет полевых командиров, которые независимо от партийной принадлежности, уже давно пытаются проявлять самостоятельность, и кабульские власти, которыми, несмотря на декларативные заявления об отказе от руководящей роли, продолжает командовать партия Отечества. Бывший король Захир Шах и афганцы, находящиеся в эмиграции в Европе и Америке, хоть и являются определенной силой, однако, решающего влияния на внутри афганские события не имеют.

За каждой из этих сил стояли и пока продолжают стоять определенные иностранные государства и организации, которые, также как и сами эти пять сил, в понятие «мирное политическое решение вопроса» вкладывают свой смысл и преследуют свои интересы. И вряд ли можно насчитать в мировой истории много примеров добровольного отказа от власти и борьбы за нее.

Однако и мировое сообщество, и все афганцы начинают понимать, что бесконечно так продолжаться не может. Урегулированы региональные конфликты в Никарагуа, Анголе, Камбодже, началось решение ближневосточного конфликта – нерешенным пока продолжает оставаться афганский вопрос, хотя подвижки есть и в нем.

О предложениях по мирному урегулированию со стороны правительства Наджибуллы хорошо известно – все это заложено в принципы политики национального примирения. Затем состоялась серия контактов Кабула с представителями оппозиции в Ираке, Швейцарии и ФРГ. В мае этого года с предложениями по афганскому урегулированию выступил Генеральный секретарь ООН Перес де Куэльяр. В сентябре было опубликовано совместное советско-американское заявление по Афганистану. В конце октября министр иностранных дел РА А. Вакиль и министр государственной безопасности РА Г.Ф. Якуби негласно совершили поездку в Европу для очередной встречи с представителями оппозиции. И наконец, недавние переговоры в Москве с делегацией афганских моджахедов, которую возглавлял Б. Раббани. Словом, стремление решить афганскую проблему налицо.

Но прогнозировать развитие обстановки в Афганистане – дело в высшей степени неблагодарное. Поэтому попытаемся хотя бы обозначить позиции противоборствующих сторон, которые четче проявились перед поездкой делегации моджахедов в Москву, когда среди главарей «семерки» возник жестокий спор по кандидатуре главы делегации.

Г. Хекматир, М.Ю. Халес и А.Р. Сайяф (к их партиям относится большее число вооруженных отрядов) продолжают выступать за военное решение вопроса. По поводу московских переговоров они высказались тоже совершенно определенно.

Г. Хекматиар: «Я не ожидаю от поездки от поездки делегации в Москву никаких положительных результатов и поэтому не включил в состав указанной делегации своего представителя». После окончания переговоров этот же Г. Хекматиар сказал: «Я с самого начала верил в то, что делегация вернется из Москвы с пустыми руками».

А.Р. Сайяф: « Поездка этой делегации в Советский Союз, в логово врагов ислама, афганской нации и всего человечества останется в истории афганского джихада черной страницей».
Победа джихада близка, не раз утверждала вся эта троица, и нет нужды начинать с Кабулом переговоры. Ни о каком прекращении огня не может быть и речи, пока у власти находится Наджибулла.

Иное мнение высказал наиболее авторитетный представитель умеренной части оппозиции С. Моджаддеди. Он сказал, что поддерживая инициативы ООН по Афганистану, выступает за участие афганской коммунистической партии (так он назвал партию Отечества) в переговорном процессе по вопросам передачи власти, хотя это и рассматривается им как вынужденная и необходимая мера. Он отметил, что знает многих добропорядочных мусульман, не участвовавших в деятельности режима, к которым можно было бы обратиться при создании переходного правительства. Моджаддеди сказал, что он дал своим группировкам указание отказаться от военных действий под Гардезом и Джелалабадом, однако данная мысль с трудом воспринимается полевыми командирами. Прежде всего, это происходит из-за того, что экстремистская часть оппозиции обвиняет силы умеренных в предательстве ислама и джихада, принуждая их тем самым к участию в боевых действиях.

Руководитель же «иранских» группировок моджахедов Р. Мортазави в своем последнем интервью тегеранскому радио предсказал скорое прекращение вражды и сформирование к 1 января 1991 года переходного правительства моджахедов, которое под наблюдением представителей ООН начнет подготовку к всеобщим многопартийным выборам. Он отметил, что комиссия по выполнению совместного решения (имеется в виду совместное заявление по итогам пребывания делегации моджахедов в Москве) созовет международную конференцию по Афганистану с участием Советского Союза, Ирана, Пакистана и Саудовской Аравии. Единственно, что Р. Мортазави не сказал, так это то, на чем основывается его оптимизм.

Определенные изменения по отношению к решению афганского вопроса произошли и в ООН. Если раньше Перес де Куэльяр говорил, что в переходном механизме или переходном правительстве должны участвовать только нейтральные афганские силы (это был единственные пункт, против которого Кабул, хоть и не очень открыто, но настойчиво возражал), то теперь, по словам Бенона Севана, абсолютно все спорные вопросы должны решаться самими афганцами. Кто будет участвовать в диалоге, кто и какой пост будет занимать в переходном механизме – все это дело самих афганцев. Более того, сказал Бенон Севан на встрече с членами комиссии по иностранным делам нижней палаты афганского парламента, состоящие из пяти пунктов предложения Генерального секретаря ООН, которые он выдвинул 21 мая 1991 года, нельзя называть планом Переса де Куэльяра по решению афганского вопроса. ООН не имеет права вмешиваться в афганские дела и считает себя обязанной подготовить только почву для межафганского диалога.

Изменение казалось бы незначительное и, вроде бы, выглядит как уступка Кабулу. Но это можно расценить и как стремление ООН отойти от непосредственного участия в решении афганского вопроса.

Причины для этого есть. Во многих предложениях высказывалось пожелание, чтобы Организация Объединенных Наций осуществляла контроль над проведением выборов, когда вопрос до этого дойдет. Кроме того, президент Наджибулла предложил даже, чтобы персонал этой организации также контролировал прекращение поставок в Афганистан оружия в соответствии с совместным советско-американским заявлением, что осуществить на практике представляется делом невозможным. Когда специалисты подсчитали, сколько людей потребуется для установления постов ООН на границах (общая протяженность границ Афганистана 5579 километров), то выяснилось, что для того, чтобы круглосуточно перекрывать все пути – дороги, тропы и перевалы – потребуется 36 тысяч человек. Если ООН примет на себя такую обязанность, то сразу же возникнут проблемы: личного состава, средств на его содержание, обеспечения безопасности маленьких гарнизонов «голубых касок», которую гарантировать никто не может, потому что полевые командиры и их боевики – народ трудноуправляемый и конечно же, они не будут считаться ни с кем, кто мешает им «делать деньги». При этом нужно иметь ввиду, что Пакистан, имеющий собственную военную промышленность и занимающийся сейчас распределением трофейного иракского оружия, прямо заявил, что не считает себя обязанным выполнять положения советско-американского заявления, а Саудовская Аравия и Китай хранят по этому поводу молчание. Кроме этого, у лидеров оппозиции есть большие деньги от продажи наркотиков, на которые они всегда смогут приобрести оружие на свободном рынке.

Таким образом, если перекрывать границу, то перекрывать ее нужно плотно, потому что, и это не исключено, может возникнуть вопрос поставок оружия Кабулу и не из Советского Союза. Не так давно в Афганистане появилась группа китайских специалистов по энергетике и орошению. Когда-то, лет 20 назад они действительно помогали осуществлять некоторые подобные проекты.

Официальные средства массовой информации ничего не сообщили о программе их пребывания. Я поинтересовался у одного высокопоставленного партийного функционера зачем приехали китайцы? Ответ был такой: «Вы же прекращаете поставки оружия. Мы вынуждены искать новые источники». Не берусь утверждать, что так оно и есть, однако, как говорят, здесь есть над чем подумать.

Не легче будет обеспечить контроль и за проведением выборов, особенно в глубинке, где в роли «царя, и бога, и воинского начальника» выступают три фигуры: мулла (их в стране более 200 тысяч и большинство режим не поддерживают), вождь местного племени и полевой командир, который контролирует район.

Можно сделать такое предположение, что ООН боится «потерять лицо», боится, что идеи Переса де Куэльяа и советско-американское заявление постигнет судьба Женевских соглашений по Афганистану. Ощутимого результата эти соглашения не дали до сих пор, кроме как позволили Советскому Союзу, внешне сохранив достоинство, выцвести свои войска. А ведь тогда на миссию ООН тоже возлагались обязанности осуществления контроля за выполнением Женевских соглашений. Однако по соображениям безопасности сотрудники этой организации устранились от такой работы и переключились полностью на наблюдение за уходом подразделений 40-ой армии. Так им было «удобней». А министерство иностранных дел РА уже на протяжении трех с половиной лет регулярно направляет в кабульское представительство ООН ноты протеста по поводу нарушений Пакистаном этих соглашений. Общее число таких протестов уже приближается к двум с половиной тысячам. Однако похоже, что кроме Афганистана эти нарушения никого не беспокоят.

Партия Отечества, которая до недавнего времени больше на словах, чем на деле говорила о мирном решении афганского вопроса, о переходном механизме, о всеобщих выборах, тоже начала всерьез готовиться к возможным будущим переменам. Аппарат освобожденных партийных работников, который в центре и на местах насчитывал 1800 человек, сокращается до 800. И пока ситуация находится под контролем партии, эту тысячу человек пристраивают по различным организациям. Вплотную начал прорабатываться вопрос о переходном механизме, ибо всем понятно, что от того кто будет находится в переходном правительстве, во многом зависит как пройдут выборы. Идет работа по созданию подпольных, нелегальных партийных структур (попытки создать подобные структуры предпринимались сначала перед выводом советских войск, но потом наступило успокоение. Сейчас эта работа возобновилась). Нужно сказать, что те руководители различных рангов, которые имеют за своей спиной поддержку племени, а самые сильные племена – это пуштунские племена, проявляют значительно меньше беспокойства о своем будущем.

Некоторые смещения акцентов начали наблюдаться и в самом руководстве партии. Наджибулла, будучи пуштуном, больше опирается на пуштунов Назар Мохаммада и Сулеймана Лаека, чем на таджиков Наджмуддина Кавьяни и Фарида Ахмада Маздака (все члены центрального совета). Симптомы некоторого разделения по национальному признаку наблюдаются сейчас не только в партии, но и в обществе, имея подвижки в сторону антипуштунских настроений. Национальные меньшинства как внутри страны, так и за рубежом, среди беженцев, выражают недовольство, что в планах решения афганского вопроса в первую очередь преследуются интересы политических партий и мало учитываются интересы национальностей.

Со временем может возникнуть еще одна проблема – приобщение к труду людей, которые 13 лет воевали, и их трудоустройство.

Но главным вопросом все-таки остается вопрос о Наджибулле – откажется он в ближайшее время от власти или нет? Оппозиция, практически вся, выдвигает как непременное условие уход Наджибуллы. Они не могут простить ему командование службой безопасности, упорное сопротивление в течение трех с половиной лет, когда вопреки предсказаниям, возглавляемый им режим, уже после ухода советских войск, сумел выстоять, и оппозиции не удалось достигнуть решающего успеха. Не могут простить того, что политика национального примирения, выдвинутая именно его режимом, получила признание на международной арене, в то время как сама оппозиция не сумела выдвинуть ни одного конструктивного предложения.

Сам же Наджибулла, хоть он раньше и заявлял, что «в интересах народа и установления мира» готов подать в отставку, сейчас повторять публично такое заявление не торопится, несмотря на то, что по непроверенным данным, вроде бы дал такое обещание личному представителю Генерального секретаря ООН Бенону Севану. В тоже время он провел серию встреч с представителями общественности, старейшин, религиозных кругов с политическими деятелями бывших режимов, где в той или иной форме, говорят информированные источники, наталкивал слушателей на вывод о том, что как плохо и страшно будет, если он оставит пост президента. В чем-то может быть он и прав, потому что у лидеров оппозиции, помимо личности Наджибуллы, достаточно других спорных вопросов, по которым они за все время своего существования так ин смогли договориться. Так что его позиция о том, что и в межафганском диалоге, и в переходном правительстве должны участвовать все задействованные в конфликте силы, представляется наиболее разумной. Не без основания он время от времени упоминает вскользь ту опасность, которая возникнет для региона в случае прихода к власти исламских фундаменталистов. И в этом он прав, ибо совсем недавно мировое сообщество было свидетелем разгула исламской реакции в Иране во времена правления там Хомейни.

Сложный период переживают сейчас советско-афганские отношения. Конечно, нельзя переоценивать московские переговоры с делегацией афганской оппозиции. Сам факт этой встречи явление, бесспорно, положительное. Вызывает удовлетворение, хоть и расплывчатая, но договоренность по советским военнопленным. А вот дальше – сплошные вопросы. К тому же если принять во внимание те заявления лидеров оппозиции, которыми сопровождалась подготовка поездки делегации (Б. Раббани: «Мы едем в Москву как победители»), заявления, когда переговоры уже шли, то они без всяких комментариев свидетельствуют далеко не о государственном уме лидеров «семерки». Из этого можно сделать вывод, какие трудности предстоит преодолеть в ходе дальнейших переговоров.
Реакция в Кабуле на переговоры с делегацией Б. Раббани в большинстве своем была резко отрицательной.

Записанный в совместном итоговом заявлении второй пункт – «стороны подтвердили необходимость передачи все полноты государственной власти в Афганистане переходному исламскому правительству», - вызвал, если не бурю, приличное волнение. Поскольку он был опубликован без уточнения, какое правительство имеется в виду, здесь все поняли, что речь идет о временном правительстве моджахедов, которое находится в Пакистане. В отделении ТАСС сразу же стали раздаваться телефонные звонки: «Как это можно решать в Москве вопрос о передаче власти в Афганистане душманам, не посоветовавшись с нами?» Таков был главный вопрос. Определенный фон для отношения афганцев к этим переговорам, в частности, и советско-афганским отношениям, вообще, создали ряд непродуманных публикаций – типа «Кабульский резидент» в «Новом времени», «Бывшие враги переговоров» в «Известиях», некоторые передачи советского телевидения. Помимо неприятных слов в наш адрес, стали предприниматься и некоторые действия. Советских журналистов «забывают» оповестить о пресс-конференциях. Не всегда можно попасть на прием к хорошему по бывшим временам знакомому, и не потому, что он занят, а потому, что уклоняется от встречи. При вылете последнего рейса Аэрофлота, например, афганская таможня перетрясла весь багаж отъезжающих советских граждан. Конечно, это право любой таможни, но случай этот произошел впервые за 13 лет.

…Афганистан в ожидании, которое напоминает состояние тонкого качающегося льда. Можно было бы закончить расхожей фразой, время, мол, покажет, как будут развиваться события в этой стране. Я же осмелюсь предположить, что Афганистан ждут большие потрясения и серьезнейшие испытания.
Кабул, 21 октября 1991 г. Герман Байков, ТАСС



счетчик посещений contador de visitas sexsearchcom
 
 
sexads счетчик посетителей Культура sites
© ArtOfWar, 2007 Все права защищены.